zhChinese    enEnglish
  ПМ-ПУ  » Структура » Преподаватели  » Утешев А. Ю. » Лирика вагантов

Лирика вагантов

Предисловие переводчика к книге "Лирика вагантов"

Прощание со Швабией

Во французской стороне,
На чужой планете,
Предстоит учиться мне
В университете.
До чего тоскую я -
Не сказать словами...
Плачьте ж, милые друзья,
Горькими слезами!
На прощание пожмем
Мы друг другу руки,
И покинет отчий дом
Мученик науки.

Вот стою, держу весло -
Через миг отчалю.
Сердце бедное свело
Скорбью и печалью.
Тихо плещется вода,
Голубая лента...
Вспоминайте иногда
Вашего студента.
Много зим и много лет
Прожили мы вместе,
Сохранив святой обет
Верности и чести.
Слезы брызнули из глаз...
Как слезам не литься?
Стану я за всех за вас
Господу молиться,
Чтобы милостивый бог
Силой высшей власти
Вас лелеял и берег
От любой напасти,
Как своих детей отец
Нежит да голубит,
Как пастух своих овец
Стережет и любит.

Ну, так будьте же всегда
Живы и здоровы!
Верю, день прийдет, когда
Свидимся мы снова.
Всех вас вместе соберу,
Если на чужбине
Я случайно не помру
От своей латыни,
Если не сведут с ума
Римляне и греки,
Сочинившие тома
Для библиотеки,
Если те профессора,
Что студентов учат,
Горемыку школяра
Насмерть не замучат,
Если насмерть не упьюсь
На хмельной пирушке,
Обязательно вернусь
К вам, друзья, подружки!

Вот и все! Прости-прощай,
Разлюбезный швабский край!
Захотел твой житель
Увидать науки свет!..
Здравствуй, университет,
Мудрости обитель!
Здравствуй, разума чертог!
Пусть вступлю на твой порог
С видом удрученным,
Но пройдет ученья срок,-
Стану сам ученым.
Мыслью сделаюсь крылат
В гордых этих стенах,
Чтоб отрыть заветный клад
Знаний драгоценных!

Проклятие

Шляпу стибрил у меня
Жулик и притвора.
Всеблагие небеса,
Покарайте вора!
Пусть мерзавца загрызет
Псов бродячих свора!
Пусть злодей не избежит
Божья приговора!

Да познает негодяй
Вкус кнута и плетки,
Чтобы грудь и спину жгло
Пламенем чесотки!
Пусть он мается в жару,
Чахнет от чахотки.
Да изжарит подлеца
Черт на сковородке!

Пусть он бродит по земле
Смертника понурей,
Пусть расплата на него
Грянет снежной бурей!
Пусть в ушах его гремит
Жуткий хохот фурий.
Пусть его не защитит
Даже сам Меркурий!

Пусть спалит Господен гнев
Дом его пожаром,
Пусть его сразит судьба
Молнии ударом!
Стань отныне для него
Каждый сон кошмаром,
Чтобы знал, что воровство
Не проходит даром!

Сделай, Господи, чтоб он
Полным истуканом
На экзамене предстал
Пред самим деканом.
Положи, господь, предел
Кражам окаянным
И, пожалуйста, не верь
Клятвам покаянным!

* * *

Выходи в привольный мир!
К черту пыльных книжек хлам!
Наша родина - трактир.
Нам пивная - Божий храм.

Ночь проведши за стаканом,
не грешно упиться в дым.
Добродетель - стариканам,
безрассудство - молодым!

Жизнь умчится, как вода.
Смерть не даст отсрочки.
Не вернутся никогда
вешние денечки.
Май отблещет, отзвенит -
быстро осень подойдет
и тебя обременит
грузом старческих забот.

Плоть зачахнет,
кровь заглохнет,
от тоски изноет грудь,
сердце бедное иссохнет,
заметет метелью путь.

Жизнь умчится, как вода.
Смерть не даст отсрочки.
Не вернутся никогда
вешние денечки.

"Человек - есть божество!"
И на жизненном пиру
я Амура самого
в сотоварищи беру.

На любовную охоту выходи,
лихой стрелок!
Пусть красавицы без счету
попадут к тебе в силок.

Жизнь умчится, как вода.
Смерть не даст отсрочки.
Не вернутся никогда
вешние денечки.

Столько девок молодых,
сколько во поле цветов.
Сам я в каждую из них
тут же втюриться готов.

Девки бедрами виляют,
пляшут в пляске круговой,
пламя в грудь мою вселяют,
и хожу я сам не свой.

Жизнь умчится, как вода.
Смерть не даст отсрочки.
Не вернутся никогда
вешние денечки.

Раздор Между Чтением Книг и Любовью

Преуспев в учении,
я, посредством книг,
в беспрестанном чтении
мудрости достиг.

Но, сие учение
в муках одолев,
я познал влечение
к ласкам жарких дев.

И, забросив чтение,
тешу плоть свою:
нынче предпочтение
девам отдаю.

Да... И тем не менее
(хоть в любви везет)
тайный червь сомнения
сердце мне грызет.

Что мне - по течению
безрассудно плыть
иль, вернувшись к чтению,
гением прослыть?

Ну, а развлечения
бросив целиком,
можно стать из гения
круглым дураком!

"Только через чтение
к счастью путь лежит!"
в крайнем огорчении
разум мой брюзжит.

"Быть рабом учения
глупо чересчур,-
не без огорчения
шепчет мне Амур.

- Слышишь! Прочь смущение!
Розы жизни рви!
Радость ощущения -
- в воле и в любви..."

В дивном озарении
начертал Господь,
чтоб сошлись в борении
разум, дух и плоть.

Исповедь Архипиита Кельнского

С чувством жгучего стыда
Я, чей грех безмерен,
Покаяние свое
Огласить намерен.
Был я молод, был я глуп,
Был я легковерен,
В наслаждениях мирских
Часто неумерен.

Человеку нужен дом,
Словно камень прочный,
А меня судьба несла,
Что ручей проточный,
Влек меня бродяжий дух,
Вольный дух порочный,
Гнал, как гонит ураган
Листик одиночный.

Как без кормчего ладья
В море ошалелом,
Я мотался день - деньской
По земным пределам.
Чтоб сидеть мне взаперти?
Чтоб заняться делом?
Нет! К трактирщикам бегу
Или к виноделам.

Я унылую тоску
Ненавидел сроду,
Но зато предпочитал
Радость и свободу
И Венере был готов
Жизнь отдать в угоду,
Потому что для меня
Девки - слаще меду!

Не хотел я с юных дней
Маяться в заботе -
Для спасения души,
Позабыв о плоти.
Закружившись во хмелю,
Как в водовороте,
Я вещал, что в небесах
Благ не обретете!

О как злились на меня
Жирные прелаты,
Те, что постникам сулят
Райские палаты.
Только в чем, скажите, в чем
Люди виноваты,
Коли пламенем любви
Их сердца объяты?!

Разве можно в кандалы
Заковать природу?
Разве можно превратить
Юношу в колоду?
Разве кутаются в плащ
В теплую погоду?
Разве может пить школяр
Не вино, а воду?!

Ах, когда б я в Кельне был
Не архипиитом,
А тезеевым сынком -
Скромным Ипполитом,
Все равно бы я примкнул
К здешним волокитам,
Отличаясь от других
Волчьим аппетитом.

За картежною игрой
Провожу я ночки
И встаю из-за стола,
Скажем, без сорочки.
Все продуто до гроша!
Пусто в кошелечке.
Но в душе моей звенят
Золотые строчки.

Эти песни мне всего
На земле дороже:
То бросает в жар от них,
То - озноб по коже.
Пусть в харчевне я помру,
Но на смертном ложе
Над поэтом - школяром
Смилуйся, о Боже!

Существуют на земле
Всякие поэты:
Те залезли, что кроты,
В норы - кабинеты.
Как убийственно скучны
Их стихи - обеты,
Их молитвы, что огнем
Чувства не согреты.

Этим книжникам претят
Ярость поединка,
Гомон уличной толпы,
Гул и гогот рынка;
Жизнь для этих мудрецов -
Узкая тропинка,
И таится в их стихах
Пресная начинка.

Не содержат их стихи
Драгоценной соли:
Нет в них света и тепла,
Радости и боли...
Сидя в кресле, на заду
Натирать мозоли?!
О, избавь меня, Господь,
От подобной роли!

Для меня стихи - вино!
Пью единым духом!
Я бездарен, как чурбан,
Если в глотке сухо.
Не могу я сочинять
На пустое брюхо.
Но Овидием себе
Я кажусь под мухой.

Эх, друзья мои, друзья!
Ведь под этим небом
Жив на свете человек
Не единым хлебом.
Значит, выпьем, вопреки
Лицемерным требам,
В дружбе с песней и вином,
С Бахусом и Фебом...

Надо исповедь сию
Завершить, пожалуй.
Милосердие свое
Мне, Господь, пожалуй.
Всемогущий, не отринь
Просьбы запоздалой!
Снисходительность яви,
Добротой побалуй.

Отпусти грехи, Отец,
Блудному сыночку.
Не спеши его казнить -
Дай ему отсрочку.
Но прерви его стихов
Длинную цепочку,
Ведь иначе он никак
Не поставит точку.